главная страница
о докторе
контакты
остеопатия
лечение
первичный прием
эстетика лица
цены на услуги
обучение

новый номер

общие вопросы

общие остеопатические техники

мышечно-энергетические техники

фасциальные техники

жидкостные техники

невральные техники

трасты

оригинальные техники Эндрю Стилла

кранио-сакральная терапия

висцеральная терапия

остеопатическая косметология

биодинамика

психодинамика

кинезиология

контакты

архив номеров



Леон Чейтоу - Искусство пальпации (15).



Леон Чейтоу - Искусство пальпации (01)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (02)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (03)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (04)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (05)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (06)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (07)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (08)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (09)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (10)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (11)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (12)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (13)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (14)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (15)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (16)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (17)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (18)
Леон Чейтоу - Искусство пальпации (19)



Тематическая вставка 11. О гипервентиляции

Эффект гипервентиляции заключается в быстром снижении уровня углекислого газа в крови, изменении кислотно-щелочного баланса, повышении чувствительности ноцицепторов и возникновении чувства опасности и тревоги. Результатом является целый набор неприятных симптомов.

Широко известной и распространенной проблеме гипервентиляции посвящено множество исследований. Большинство из них относится к ее связи с состояниями тревоги, приступами паники, начисто выводящими человека из строя и, причем таких исследований даже слишком много, с различного рода фобиями.

Наиболее тесно связанными с гипервентиляцией симптомами являются следующие:

·         головокружение, дурнота, обмороки, онемение верхних конечностей, лица или туловища, потеря сознания, зрительные расстройства, среди которых превалируют размытое зрение и даже частичная его потеря, головные боли общего характера, часто сопровождаемые рвотой и нередко диагностируемые как мигрень, нарушение походки (атаксия), а также тремор и шум в голове.

Некоторые симптомы связаны зачастую с сердечной функцией и могут проявляться во время или после гипервентиляции. Они включают в себя:

·         усиленное сердцебиение, дискомфорт в груди, затруднения при глубоком дыхании, чувство давления в глотке, бессонницу, слабость в конечностях, и многое другое.

Из пациентов с установленной гипервентиляцией более половины оказываются в состоянии стресса, связанного с семейным положением, работой или финансовыми проблемами. Гипервентиляция, вместе с тем, не всегда связана с психологическим или психиатрическим стрессом. В Журнале Королевского медицинского общества (1987) дается следующее достаточно четкое ее определение:

Расстройство, лежащее в основе (гипервентиляции) может быть психиатрическим, органическим или привычным, либо являться их сочетанием.

Один из ведущих исследователей этого вопроса д-р Л. Лам (L. Lum, 1984) говорит:

Соображения неврологического характера оставляют мало сомнений в том, что привычно неустойчивое дыхание является первопричиной симптомов. Вопрос: почему они дышат именно таким образом, может обсуждаться, но очевидно, что наиболее выпуклые характеристики являются чистой воды привычкой.

Лам проанализировал некоторые вызывающие путаницу моменты, связанные с этим феноменом:

Несмотря на то, что Керр с соавторами (Kerr et al., 1937) указывали на то, что проявления тревоги вызваны гипервентиляцией, Райс (Rice, 1950) перевернул эту концепцию с ног на логову, утверждая, что тревога вызывается симптомами и, соответственно, пациентов можно лечить, устраняя ошибочные навыки дыхания. Льюис идентифицировал тревогу как триггер, но не первопричину. В случае привычной гипервентиляции, разнообразные триггеры, как психические, так и соматические, могут инициировать порочный цикл усиленного дыхания, симптомов, тревоги, которые сами по себе возникают из симптомов, провоцирующих гипервентиляцию и, таким образом, генерируют еще большее количество симптомов и еще большую тревогу.

Несмотря на то, что в литературе представлены доказательства наличия разнообразных симптомов, связанных с гипервентиляцией, концепция селекции пациентов для лечения и тренировки правильного дыхания только на основе симптоматики может, в соответствии с некоторыми мнениями, оказаться некорректной.

Басс (Bass & Gardner 1985) уточняют:

- Диагностические критерии синдрома гипервентиляции неточны. Практика диагностики по контрольной таблицы симптомов недостоверна и эквивалентна диагностике диабета только по внешней симптоматике, без измерения концентрации глюкозы в крови.

При обследовании 21 пациента с явной гипервентиляцией и набором необъяснимых симптомов, Басс и Гарднер обнаружили, что все больные, за исключением одного, жаловались на «неспособность нормально дышать», но при этом показывали исключительный разброс при оценке совокупности разных физических и психологических маркеров и признаков. Авторы сделали следующее заключение: «Сильная гипервентиляция может наблюдаться даже при отсутствии формальных психиатрических или распознаваемых респираторных, либо иных органических аномалий».

Вместе с тем, не все согласны с взглядами Басса в отношении того, что симптомы не могут быть ключом к существованию гипервентиляционного синдрома (ГВС). Анкета оценивалась Ван Диксхоорном и Дьювенвоорденом (van Dixhoorn and Duivenvoorden, 1985).

Они сравнивали результаты анкетирования 75 пациентов с подтвержденным ГВС и 80 лиц без ГВС (группа здоровых рабочих!).

В анкете оценивались три измерения:

·         Одышка (ГВС 1)

·         Периферическая тетания (ГВС 2)

·         Центральная тетания (ГВС 3).

Все три компонента давали очевидную возможность выявить различия между лицами с ГВС и его отсутствием. В совокупности они обеспечили 93% корректной классификации. Результатами статистической перекрестной проверки достоверности были 90-94% корректных классификаций. В отношении диагноза чувствительность анкеты Нижмегена равнялась 91%, а специфичность – 95%.

Что делать с гипервентиляцией.

В большинстве случаев с гипервентиляцией существует комбинация привычного дыхательного паттерна, вступающего в действие при реакции на реальные или предполагаемые стрессовые ситуации. Обычно обнаруживаются такие сосуществующие признаки как сильное сокращение мышц грудной клетки, позвоночных областей и диафрагмы. Это легко пальпируется и выявляется при внешнем осмотре. Такие изменения являются общими у людей с хроническим утомлением, поскольку сочетание энерготрат при длительно удерживаемом напряжении и снижение оксигенации, вызванное ухудшением функции дыхания, могут вызывать сильное утомление.

Мышцы, находящиеся в состоянии хронически повышенного тонуса, укороченные, или в состоянии контрактуры, не могут нормально функционировать, и обычно именно это и наблюдается у людей с гипервентиляцией, которые, кажется, научились учащенно дышать в ответ как на стрессовые ситуации, так и на события, со стрессом никак не связанные.

Гипервентиляция является совершенно нормальной в случае, если к организму предъявляются повышенные требования, например, физическая нагрузка. Вместе с тем, если такая реакция происходит в совершенно не соответствующей ситуации, как, например, в случае воспринимаемого, но фактически отсутствующего кризиса. Такое случается, если мы беспричинно слишком уж тревожимся по какому-либо поводу, и как следствие этого, гипервентиляция приводит к нарушению баланса газов крови, изменению КШР, а в целом последствиями гипервентиляции оказывается набор симптомов, перечисленных ранее (стр. …).

Это может стать привычным способом реагировать на все незначительные стрессовые ситуации, приводящим к полному набору фобических состояний, сопровождаемых приступами паники и отчетливой неспособностью и невозможностью нормально функционировать.

Такого типа люди хорошо реагируют на обучение правильному дыханию и осознают, что если они смогут научиться использовать более правильные паттерны дыхания в стрессовых (реальных или воображаемых) ситуациях, они могут остановить наступление собственной симптоматики только потому, что правильно дышат.

Существует огромное количество научных доказательств, указывающих на то, что уровень возбуждения можно существенно снизить при доведении до привычного состояния использования специальных дыхательных паттернов.

Bonn et al (1984), Cappo and Holmes (1984), Grossman et al (1985), а также многие другие показали, что дыхательная тренировка является надежным и очень успешным методом. Вместе с тем, никто из них не включал физическое лечение в свои протоколы, причем предполагают, что если бы его включили, то результаты были бы даже лучше.

ПРАНАЯМА

Cappo и Holmes, в частности, включили в свою методологию традиционное дыхание йогов, приносящее особую пользу, причем эти полезные эффекты во многом остались незамеченными в протоколах большинства других исследователей.

Этот паттерн дыхания заключается в том, чтобы соблюдать, по возможности, соотношение продолжительности фаз вдоха и выдоха 1:4. Даже при невозможности точно соблюсти это соотношение, выдох в любом случае должен быть существенно длиннее вдоха. Исследования показывают, что такой способ дыхания заметно снижает уровень возбуждения.

Заключение

Существует четкая связь между аномальным дыхательным паттерном, излишним использованием дыхательной мускулатуры, дыханием верхней частью груди, и т.д. и повышенным мышечным тонусом, который сам по себе является основным источником утомления. В дополнение к нему на всю экономику тела негативное воздействие оказывает уменьшение оксигенации и неуравновешенные, нескоординированные паттерны применения дыхания, которые исходят из структурных и функциональных изменений, что детально описано Гарландом (Garland).

Такие пациенты будут легко утомляемы, страдать от дискомфорта в голове, шее, плечах, и от массы скелетно-мышечных проблем, кроме того – чувствовать беспокойство, а зачастую – настоящую тревогу. У многих из них наблюдается симптоматика пищеварительного тракта (вспучивание, отрыжка, возможно, симптомы грыжи пищеводного отверстия диафрагмы и т.д.), связанная с аэрофагией, которая обычно сопровождает как этот паттерн дыхания, так и весь каталог симптомов.

И, к тому же, еще никто из ведущих медиков – исследователей гипервентиляции, похоже, не изучал структурный аппарат дыхания. Состоянию мышц, исполняющих задачу дыхания, в приведенных литературных источниках уделяется явно недостаточное внимание.

Никто даже внимания не обратил на то, что изменение структурного компонента (мышцы, ребра, крепления к позвоночнику и т.п.) может обеспечить гораздо более нормальное функционирование, причем и опыт и доказательства, предоставленные мануальной медициной говорят, что такое вполне возможно (Lewit 1991).

Кроме того, кажется, никого не заботят пациенты, не входящие в категорию «жесткой гипервентиляции», то есть, такие, чье дыхание явно выведено из равновесия, но при этом отчетливых признаков артериальной гипокапнии не наблюдается.

Всегда есть целый спектр подобных случаев: некоторые из них – вполне ясны и очевидны, другие представляют собой пограничные состояния, а очень многие – находятся где-то на пути к той точке, в которой будут очевидны признаки артериальной гипокапнии, и тогда уже о таких случаях можно будет говорить как о «реальной гипервентиляции».

То, что к состоянию, когда начинают просматриваться явные симптомы, человек приходит постепенно, дает нам возможность определить, что должно быть средоточием нашей заботы при определении нарушения функции дыхания: распознать людей, гипервентиляция у которых находится в пограничном состоянии и предотвратить ее прогрессирование и, разумеется, постараться помочь тем, у кого это нарушение функции укоренилось и приобрело хронический характер.

Литература

Bass C, Gardner W 1985 Respiratory and psychiatric abnormalities in chronic symptomatic  hyperventilation. BMJ 11 May: 1387-90

Bonn J, Readhead C, Timmons В 1984 Enhanced adaptive behavioural response in agoraphobic patients pretreated with breathing retraining. Lancet ii: 665-669

Cappo B, Holmes D 1984 Utility of prolonged respiratory exhalation for reducing physiological and psychological arousal in non-threatening and threatening situations. J Psychosomatic Research 28(4): 265-73

Grossman P, DeSwart, Defares 1985 A controlled study of breathing therapy for treatment of hyperventilation syndrome. J Psychosomatic Research 29(1): 49-58 Journal of the Royal Society of Medicine 1987 Correspondence. November

Kerr W et all 937 Annals of Internal Medicine 11: 962

Lewit К 1991 Manipulative therapy in rehabilitation of the locomotor system. Butterworths

Lum L 1984 Hyperventilation and anxiety state. Journal of the Royal Society of Medicine January: 1-4 Rice 1950 American Journal of Medicine 8: 691

Van Dixhoorn J, Duivenvoorden H 1985 Efficacy of Nijmegan questionnaire in recognition of hyperventilation syndrome. J Psychosomatic Research 29(2): 199-206


Глава 11. Пальпация и эмоциональные состояния

Шеррингтон (Sherrington, 1937) спрашивал:

Можем ли мы слишком настаивать на том, что… любой проводящий путь, который мы прослеживаем в мозге, прямо или косвенно ведет к мышце?

Уилфрид Барлоу (Wilfred Barlow, 1959) утверждал: «Существует тесная связь между состояниями тревожности и наблюдаемыми (соответственно, пальпируемыми) состояниями мышечного напряжения».

 Использование электромиографических методов показало наличие статистической корреляции между бессознательной враждебностью и напряжением мышц рук и ног, также сексуальными лейтмотивами (Malmo 1949).

Сэйнсбури (Sainsbury, 1954) показал, что когда «невротичные» пациенты жаловались на ощущение напряжения в мышцах головы, то получали и электромиографические доказательства такого мышечного напряжения.

Вулф (Wolff, 1948) в своей знаменитой книге «Головная боль и ее различные виды) доказал, что у большинства пациентов с головными болями наблюдали:

Выраженную контрактуру мышц шеи… наиболее часто вызванную длительными непрерывными сокращениями, связанными с эмоциональным стрессом, разочарованием, мрачными предчувствиями и тревогой.

Даже размышляя о деятельности, вызывающей мышечные изменения, Джекобсон (Jacobson, 1930) показал, что:

Невозможно размышлять об активности, не вызывая тонких сокращений всех мышц, которые создают активность в действительности.

Барлоу (Barlow) следующим образом суммирует наблюдения связей между эмоциями и мышцами:

Мышцы являются не только средствами речи и экспрессивной жестикуляции, но участвуют в куче эмоциональной неразберихи – например, регуляции дыхания, контроле выделения, сексуальной активности и, кроме всего прочего, влияют на всю схему тела посредством проприорецепции. На мышах мгновенно отражаются не только эмоциональные состояния, такие, скажем, как страх и агрессия, но и такие настроения как депрессия, возбуждение или попытка уклониться от чего-либо обладают собственными характерными мышечными паттернами и соответствующими позами.

Форд (Ford, 1989) в книге «Там, где встречаются целительные воды», анализирует более раннюю, противоречащую его мнениям работу Вильгельма Рейха (Wilhelm Reich), отрицавшего исключительность концепции о том, что лежащие в основе физические состояния создают благоприятную среду для психологических дисфункций, или о том, что физическая дисфункция обязательно является результатом психологических усилий.

Он, скорее, синтезировал следующие две позиции:

Состояния мышц и состояния характера имеют одинаковые функции… Они могут заменять друг друга и находиться под воздействием друг друга. В целом, разделять их нельзя.

Как это выносит на обсуждение Форд:

Когда он столкнулся с сильным психологическим сопротивлением (психологической защитой) у пациента, он перешел к соответствующим областям физического напряжения (мышечной защитой) тела и использовал различные формы физической терапии для коррекции лежащих в основе физических искажений… Аналогичным образом, если бы он не был способен изменить напряжение в теле пациента с помощью физической терапии, он стал работать бы с психологическими проблемами, лежащими в основе напряжения.

Пальпация, в той мере, в которой она относится к эмоциональным состояниям, требует умения наблюдать (паттерны использования, поз, состояний и позиций, причуд и привычек) и чувства изменения в мягких тканях, связанных с эмоционально нагруженными состоянями, острыми или хроническими. Одним из ключевых элементов здесь относится к функции дыхания, которая тесно связана с эмоциями (см. гл. 9).

Английский остеопат Филипп Лэйти (Philip Latey, 1980) описал паттерны искажений, совпадающие с конкретными клиническими проблемами. Он использует аналогию «трех кулаков», потому что, по его словам, разжимание кулака соответствует физиологическому расслаблению, сжатый кулак указывает на фиксацию и ригидность, перенапряженные мышцы, эмоциональный беспорядок, отказ от общения и пр.:

Нижний кулак сосредоточен исключительно на тазовой функции. Когда я описываю верхний кулак, я включаю в это описание голову, шею, плечи и руки вместе с верхней частью груди, глоткой и нижней челюстью. Средний кулак сфокусирован преимущественно на нижней части груди и верхней части живота.

Интерпретация поз

Он описывает пациента, который входит в кабинет и тут же принимает «имиджевую позу», являющуюся отражением того впечатления, которое пациент бессознательно  хочет произвести. Если такой пациент получает инструкцию расслабиться как только возможно, то следующим его имиджем будет «просевшая поза», в которой на тело действует сила тяжести, и оно реагирует в соответствии со своими уникальными особенностями, напряжениями и слабостями. Здесь обычно наблюдаются вступающие в действие чрезмерно активные мышечные группы, мышцы рук, ног, челюсти и лица могут скручиваться, сжиматься или подергиваться.

В конце концов, когда пациент ложится и расслабляется, мы находим еще более глубокий образ для изучения, «остаточную позу».

Здесь мы обнаруживаем напряжения, с которыми пациент не способен справиться сам. Они обнаруживаются при помощи пальпации и, как говорит Лейти, оставляют в стороне «чешую», т.е. пот, кожу и циркуляцию, а для обследования становятся доступна самая «сердцевина луковицы».

Паттерны сокращения

То, что видно, у разных людей совершенно различно и соответствует их состоянию духа и самочувствию.

Несомненной является регистрация или психофизический паттерн реакций, действий, трансакций, и интеракций пациента с его окружением. Обнаруживаемые паттерны сокращения находятся в прямом соответствии со сферой бессознательного и показывает верный путь как для получения результатов поиска, так и для лечения в остеопатии. Они, кроме того, создают поток входящей импульсации к пациенту, и это имеет очень важное значение.

В одной из концепций Лейти говорится о механизме мышечного сокращения как средства маскировки сенсорного заграждения, возникающего вследствие определенного эмоционального состояния. Он описывает таким образом:

·         Ощущение, которое может подниматься из глубины желудка и которое скрывают сокращением мышц, крепящихся к нижним ребрам, мышц верхней части живота и соединения грудной и нижней (поясничной) части позвоночника.

·         Генитальные и анальные ощущения, которые могут глушиться сокращением мускулатуры бедер, ног и нижней части спины.

·         Ощущения в глотке, которые могут прятать при помощи сокращения плечевого пояса, шеи, рук и кистей.

Эмоциональные сокращения

Само по себе обуздание выражения эмоций выражается в подавлении активности и, в конечном итоге, в хроническом сокращении мышц, которые бы работали, если бы эти эмоции – ярость, страх, гнев, радость, фрустрация, сожаление или что-либо еще - выражались нормально.

Лейти указывает, что во всех областях тела, создающих ощущения, которые порождают эмоциональное возбуждение, может, за счет хронического мышечного сокращения, снижаться кровоток. Кроме того сфинктеры и полые органы могут оказываться зажаты вплоть до полного онемения. Он приводит в пример мышцы, окружающие половые органы, анус, а также рот, нос, глотку, легкие, желудок и кишечник.

Три кулака

При оценке этих и других паттернов мышечного напряжения в их связи с эмоциональными состояниями, Лейти делит их на три региона, которые он описывает, как:

·         «Нижний кулак» (метафора, описывающая стиснутый кулак), фокусировка - исключительно на тазовой функции;

·         «Верхний кулак» - включает в себя голову, шею, плечи, руки, верхнюю часть груди, горло и нижнюю челюсть.

·         «Средний кулак» - концентрация преимущественно на нижней части груди и верхней части живота.

Почему концепция Лейти так важна?

Потому что он близко подходит к толкованию рабочих механизмов проблем «тело – дух», знакомых всем, кто работает с телом человека при помощи собственных рук. Он избегает многих гипотетических толкований, таких как «электромагнитная энергия», «чакры», аура, энергетические поля или потоки; не то, чтобы такие объяснения были менее достоверны, чем у Лейти – он просто дает иной вариант видения проблемы.

Нижний кулак

«Нижний кулак» - это мышечные функции таза, нижней части спины, нижней части живота, бедер, ног и стоп, со всей их механической, медицинской и психосоматической значимостью.

Он идентифицирует центральный компонент этого региона как тазовую диафрагму, растягивающуюся при проходе через тазовое отверстие и образующую «пол» брюшной полости.  Промежность создает выход для кишечного, мочеполового тракта, влагалища, а также для кровеносных сосудов и нервов, снабжающих половые органы. Каждый такой выход контролируется мощными мышечными сфинктерами, которые могут перекрывать его при сжатии.

Если наши эмоции или чувства требуют сокращения тазового выхода, в действие вступает еще одна группа мышц, увеличивающих давление на область снаружи. Это приводящие мышцы бедра м мышцы, которые смещают таз вперед, поворачивают ноги вовнутрь, значительно таким образом, увеличивая компрессионные силы промежности, особенно, если ноги еще и перекрещены.

Это создает впечатление, что человек «перекрывает половые органы»; такое часто наблюдается у грудничков и маленьких детей, когда они встревожены или боятся описаться. Экспериментально эти сокращения можно воспроизвести следующим образом:

Упражнение 11.1

Рекомендуемое время выполнения: 2 минуты.

Встаньте прямо, ноги слегка в стороны и перенесите максимум давления и тяжести на своды стоп, как бы пытаясь прижать их к полу. Удерживайте эти усилия в течение как минимум, 2 минут и почувствуйте изменения в позе в целом; подробно ощутите, что происходит в стопах, коленях, ногах, бедрах, тазе и позвоночнике. Почувствуйте напряжения, начинающие возникать вокруг таза и верхних частей тела.

Отмечайте, где начинаются дискомфортные ощущения.

КОММЕНТАРИЙ

Если такой тип контрактуры краткосрочен, повреждения не происходит. Если она длительна и имеет повторяющийся характер, возникают компенсаторные изменения (стадия адаптации), затрагивающие те мышцы, которые отводят бедро, разворачивают его наружу и тянут таз кверху.

Если коррекция проведена не полностью, таз остается смещенным вперед, что требует дополнительного напряжения мышц поясницы, чтобы удерживать прямое положение тела.

Напряжение ягодичных мышц

Еще один иногда наблюдаемый паттерн – напряжение ягодичных мышц, которые усиливают напряжение промежности сзади. Это сжимает анус еще больше, чем гениталии, и создает совершенно другую картину позы.

Упражнение 11.2

Рекомендуемое время выполнения: 2-3 минуты.

Продемонстрируйте это на себе, стоя и сильно сжимая анус, сокращая ягодичные мышцы как можно сильнее. Удерживайте эту позу 2-3 минуты.

Почувствуйте изменения позы и чувство напряжения, силы и слабости в разных частях своего тела.

Проблемы «нижнего кулака»

Проблемы механической природы, которые произрастают из сокращения «нижнего кулака», включают в себя: повернутые внутрь ноги и «Х-образные колени», неустойчивые коленные суставы, «голубиную» стойку, возникающую в результате плоскостопия. Отсюда и происхождение симптомов «детей с плоскостопием и Х-образными коленями», и здесь же лежит и ответ.

Основное механическое повреждение происходит в бедренных суставах. Оно вызвано компрессией и избыточным сокращением взаимно противоположных мышц. Бедро вдавливается в суставную ямку, мышцы укорачиваются, происходит потеря вращения и способности к разведению ног; становится ограниченным движение назад. Начинается неравномерный износ, с очевидными долговременными конечными результатами. Если это начинается в детстве, то повреждение может включать в себя деформацию яичек и ямки тазобедренного сустава.

Также вовлекаются мышцы нижней части спины, а это может представлять собой начало хронических болей в спине, тазовых дисфункций, проблем с крестцом и дисковых повреждений. Затрагиваются также мышцы живота, поскольку они связаны с изменениями функции дыхания, возникающими в результате неспособности нижней части диафрагмы к расслаблению и соответствующим правильным движениям.

Осложнения медицинского характера, которые могут быть результатом этих мышечных изменений, подразумевают в основном, циркуляторную функцию, так как тазовое кровообращение весьма подвержено застойным явлениям. Наиболее вероятными становятся такие заболевания как геморрой, варикозное расширение вен, констрикция уретры, далее возникает возможность появления таких проблем как уретрит и простатит. Наиболее общими являются все формы гинекологических заболеваний, также становится затруднительным деторождение.

Упражнение 11.3

Рекомендуемое время выполнения – 5-7 минут

Оценка тазовых движений при дыхании пациента.

Метод А. Посадите пациента и почувствуйте тонкие движения крестца (таза): вперед во время вдоха и назад во время выдоха.

Метод Б. Пациент лежит на боку, ноги вместе, колени согнуты, рука, находящаяся над крестцом, позволяет диагностировать дыхательные движения. При нормальной функции ПВО время вдоха происходит легкое удлинение нижней части тела, при выдохе - укорочение.

Метод В. Пациент лежит на спине, колени и голова – на опоре, в 5-10 см. от поверхности. Вы садитесь сбоку и кладете руку поперек тазовых костей, ладонь лежит на дальнем бедре. Почувствуйте качающееся движение во время дыхания (см. выше).

Кроме того, попробуйте оставить другую руку точно над крестцом, и одновременно – под пациентом. Это поможет пациенту осознать тонкие респираторные движения крестца/таза.

Упражнение 11.4

Рекомендованное время выполнения - 3-5 минут.

Самолечение

Если такое ритмическое движение пальпацией не определяется (частый случай, кстати), положите пациента лицом вниз (или лягте сами) и положите одну руку сзади и снизу на промежность, так, чтобы покрыть ее. Почувствуйте разницу между нормальными расслабленными движениями в дыхательных фазах при расслабленных ягодицах и зажатый паттерн при их сжатии.

При глубоком дыхании в этом положении живот придавливается к полу или столу, и движение промежности, таким образом, форсируется. Вы (либо пациенты) можете научиться увеличивать экскурсию грудной клетки за счет расслабления мышц тазового региона. Еще более выраженное улучшение наступает при лечении методом остеопатии напряженных мышц в регионе. Когда начинается расслабление этих мышц, человек часто ощущает глубокую слабость в ногах, причем такое ощущение может продолжаться в течение нескольких часов. По мере того, как уходит напряжение, возрастает уязвимость, чувствительность, и соответственно, больного требуется подбодрить. Это только часть восстановления нормальной функции, причем самая начальная.

Средний кулак

Рассматривая средний кулак, Лейти концентрирует внимание на респираторной функции и функции диафрагмы, а также на многих входных сигналах, воздействующих на эту область. Он не соглашается с известным заблуждением, утверждающим, что дыхательный акт производится за счет только сокращения диафрагмы и мышц, поднимающих грудную клетку, а выдох – только за счет расслабления этих мышц. Он говорит:

Это совершенно неправильно. Дыхание производится за счет активного равновесия между вышеназванными мышцами и экспираторными мышцами, которые тянут грудную клетку вниз, сводя ребра. Ровный поток свободного дыхания должен вызываться динамическим взаимодействия этих двух наборов мышц.

Он считает, что фаза активного выдоха является результатом действия:

1. Поперечных мышц груди, которые лежат изнутри передней части грудной клетки, прикрепляются к спинке грудины и разворачиваются веером изнутри грудной клетки, а затем продолжаются до нижних ребер, где разделяются. Ниже грудной клетки это напоминает перевернутую латинскую букву “V” (в этой области она называется поперечной мышцей живота). Он говорит об этом как «вероятно, о самой замечательной мышце тела» Она, по его словам, обладает внутренними способностями генерировать все варианты однозначно мощных ощущений, причем иногда самый легкий контакт вызывает рефлекторные сокращения всего тела, грудной клетки или живота, ощущения тошноты и удушья, все виды тревоги, страха, гнева, смеха печали, плача и т.д.

Наиболее общие ощущения, описываемые пациентами, которых это коснулось, включают в себя такие как «тошноту, слабость, ранимость и чувство пустоты». Здесь он делает скидку на то, что чувствительность может быть связана с «солнечным сплетением» и говорит о том, что близость этой мышцы к внутренней грудной артерии является, может быть, даже более значимой, поскольку сокращение ее может оказывать непосредственное давление.

Он полагает, что центральным моментом в физиологичном дыхании является ритмическое расслабление и сокращение этой мышцы. У пациентов с «проблемами среднего кулака» часто наблюдается ригидность в тех случаях, когда «контроль» подавляет эмоции с ним связанные.

2. Другой главной мышцей выдоха является задняя зубчатая мышца, которая идет от верхней части поясничного отдела позвоночника расходясь веером вверх и наружу над нижними ребрами, которые она охватывает сзади, и тянет их при выдохе вниз и внутрь. Эти две мышцы работают вместе и являются зеркальными по отношению друг к другу.

Лейти комментирует значительные изменения тонуса зубчатой мышцы, связанные с речью:

Тонус этой мышцы изменяется соответственно эмоциональному содержанию речи пациента, особенно, если эмоции являются очень лабильными и лежат практически на поверхности. Когда пациенты лежат на животе, то можно наблюдать как во время разговора весь пояснично-грудной отдел их позвоночника как бы покрывается рябью, волнами с гребнями. По мере того, как их слова постепенно становятся более «наполненными», этот паттерн становится более выраженным. Однако чаще обнаруживается статическое перенапряжение этой мышцы, при котором мышцы спины, расположенные ниже, находятся в состоянии укорочения и дегенерации, отражая тем самым фиксированное состояние косой мышцы и уровень эмоциональной блокировки.

Функции среднего кулака

Смех, плач и рвота являются тремя «предохранительными клапанами» функции среднего кулака, которые интересны Лейти. Тело использует их для того, чтобы разрешить внутренний дисбаланс. Все, что оказывается внутри, но не может там храниться в силу чужеродности, вылетает из тела именно этим путем. При всех трех функциях поперечная мышца находится в состояниях между полным сокращением и полным расслаблением. При смехе и плаче имеется определенный ритм ее расслабления/сокращения, тогда как при рвоте мышца находится в состоянии полного напряжения в течение всей фазы волны выброса. Между рвотными волнами дыхание остается в фазе вдоха, верхней частью груди, по типу «пантинг» («собачья одышка»). В этой фазе поперечная мышца расслаблена.

Лейти считает, что часто перерыв в циклах смеха/плача/рвоты вызван исключительно утомлением мышцы и напоминает нам о следующих фразах:

·         «Я плакал/смеялся, пока бока не заболели».

Тошнота и рвота часто увязываются со следующими ощущениями:

·         «Я проглотил обиду» и «до тошноты обидно».

Он рекомендует, если мы хотим раскрыть базовые эмоциональные связи, искать при работе в этой области ранние ощущения голода, нужды, полноты, пустоты, переполненности тошноты, отвержения, изгнания и т.д.

Лейти старательнейшим образом исследует области, которые явно лежат в области психотерапии, причем работа с телом может оказаться здесь очень важной.

Упражнение 11.5

Рекомендованное время выполнения – 5-7 минут.

В плане оценки функции «среднего кулака» он рекомендует:

Пациент находится в состоянии равновесия, сидит прямо, или лежит на боку с поднятыми к груди коленями – остеопат может легко узнать движения, которые он старается стимулировать. Чувства среднего кулака гораздо легче выводят из равновесия поверхность, если пациент лежит на спине. Одна рука остеопата находится ниже грудины (оценка движения поперечной мышцы), другая рука может нащупывать движения верхнего или нижнего кулака. В таком положении часто чувствуется тошнота.

Что вы можете заметить у пациента при удержании этой мышцы?

Если они чувствуют тошноту, то вы можете заметить внезапную бледность, пот и выпячивание подбородка, за которой пациента рвет, а он старается удержать позывы. В руке должен быть приемник для рвотных масс, а вам следует задать пациенту вопрос: «Вы хотите, чтобы вам было плохо?»

После этого вы можете спросить: «А что вас останавливало?» - чтобы посмотреть, какие эмоции лежали в основе.

Если человек собирается засмеяться, то этому может предшествовать изгибание тела, «шаловливый» взгляд в сторону, виноватое, стыдливое или смущенное выражение. Легкое фырканье, хихиканье, или хрюканье может далее вызвать взрыв хохота.

Может помочь комментарий типа: «Смешно, не правда ли?»

Перед тем, как человек начнет плакать, его глаза становятся влажными, рот кривится, у него перехватывает голос. Это означает, что пациент ждет ободрения или более комфортного предложения. Эти эмоции можно назвать взаимозаменяемыми: одно состояние может легко переходить в другое, поскольку эти предохранительные клапаны могут выпускать чувства одновременно из совершенно различных источников.

При возникновении паники состояние характеризуется трепетанием поперечной мышцы, которое является безошибочным признаком. Далее это может развиться в дрожь по всему телу; дыхание и движения грудной клетки становятся резкими и неровными. Конечности подергиваются, глаза широко открываются. Этот тип эмоционального взрыва обычно коренится в очень раннем опыте.

Лейти уделяет поперечной мышце очень большое внимание. Он говорит:

Чувство стеснения за или ниже грудины означает возникновение цикла эмоций, связанных с этой мышцей (контробвинение, жалость, отвращение и т.д.). Сердечная боль - перенапряжение косой мышцы!

Как говорилось ранее, он (остеопат) стимулирует движение элементов среднего кулака (дыхание и действия тела), а делая это – регистрирует ощущения дискомфорта у пациента:

Состояние паники начинается с весьма отчетливого трепетания собственно поперечной мышцы, распознаваемого совершенно безошибочно. При достижении  полной амплитуды дрожь идет по всему телу. Движения грудной клетки становятся резкими и прерывистыми; конечности начинают подергиваться и скрючиваться; глаза расширяются и приобретают тревожное выражение. Я должен ожидать признаков панике в каком-то другом месте: эти цепочки трудны и запутанны, но когда они проявляются полностью, они однозначно ведут к самому раннему опыту.

Проблемы среднего кулака

Клинические проблемы, ассоциированные с дисфункцией среднего кулака, связаны с возникающими в результате нарушениями кровеносных сосудов, внутренних органов, вовлечением в процесс вегетативной нервной системы и изменениями нервно-эндокринного баланса. Могут возникать диарея, запор, колиты, но более непосредственные результаты связаны с проблемами в легких и желудке. Бронхиальная астма, таким образом, является одним из наиболее очевидных примеров фиксации среднего кулака.

Существует типичная ассоциированная поза: плечевой пояс поднят так, как будто любое расслабление немедленно разразится кризисом. Компенсаторными изменениями обычно бывает сильное напряжение глубоких мышц шеи и плеч. При лечении методами остеопатии такого рода проблем Лейти начинает со стимулирования функции собственно среднего кулака, затем распространяет эти действия на мышцы шеи и плеч, стимулируя их расслабление и опускание вниз, а затем – обратный переход к среднему кулаку.

Могут наблюдаться сильнейшие выражения тревоги, волнения и паники. Пациенты, при обсуждении того, что они чувствуют, могут рассказывать об ощущениях удушья, им может казаться, что они тонут, что им не хватает воздуха, что они подавились чем-то, что их раздавило, что они уничтожены. Все это связано с детскими ощущениями паники, и может лежать самой основе пациента.

Астму лечить нелегко. Некоторым требуется всего лишь поплакать о потере (или отсутствии) материнской ласки, теплоты и комфорта. С другими требуется гораздо более серьезная работа.

Когда дисфункция среднего кулака затрагивает пищеварительную функцию, это может вызывать нарушения позы и эмоциональные конфликты, распространенные среди подростков, говорит Лейти:

Нижний конец пищевода, перед входом в желудок, проходит через мышечную часть диафрагмы. Между грудью и животом имеется замечательный механизм, позволяющий проходить пищу или выбрасывать рвотные массы. При сокращении диафрагмы проход в мышечном слое зажимается. Для того, чтобы потоку проходил свободно, мышечный слой должен быть расслаблен (полный выдох), а нижние ребра слегка сведены (сокращение поперечной мышцы).

Этот механизм часто не срабатывает при хронических нарушениях среднего кулака – не работает «нижнее глотание». Это может выражаться всего лишь в метеоризме, отрыжке или чувству переполнения желудка. Вместе с тем, если нарушаются нервно-эндокринная деятельность и активность гладкой мускулатуры, то последствия могут быть и более тяжелыми. Язва желудка и двенадцатиперстной кишки, изжога, рефлюксный эзофагит, грыжа пищеводного отверстия диафрагмы и прочее, являются врачебными состояниями, ассоциированными с проблемами среднего кулака. Здесь возникают хронические нарушения наполнения и опорожнения желудка и двенадцатиперстной кишки с их внутренней секрецией.

Мы кратко обсудили (Упражнение 11.5) методы Лейти, применяемые для удерживания и освобождения среднего кулака, и его мнения относительно того, что эти техники могут применяться для частичной или полной коррекции такой дисфункции:

Вместе с тем, у большинства пациентов оказывается возможным достичь только частичного облегчения: если конфликт среднего кулака начинает разрешаться, он переходит по восходящей ко рту, шее и горлу. Даже при ликвидации серьезной желудочно-кишечной симптоматики мы можем тут же столкнуться с более сложной проблемой с участием верхнего кулака (первая часть глотания).

Если пациенты начинают плакать, прекращая и начиная этот процесс облегчения, то Лейти в этом случае рекомендует только чуть-чуть приоткрывать предохранительные клапаны. Он видит скоординированные ритмы таза и среднего кулака, но голова, шея и плечи могут оставаться ригидными и сопротивляются движению. Он обнаружил, что в этих случаях ситуация может резко измениться при наложении рук поперек передней части горла пациента. Это очень легкое, но уверенное прикосновение, которое воздействует на чувствительность грудино-ключично-сосцевидных мышц.

В таких случаях рыдания могут захватывать все тело, выражение горя приобретает оргиастический ритм. Всхлипывания и пронзительные рыдания могут следовать друг за другом с выражением совершенного горя и депрессии, иногда - даже с криками ужаса. Когда верхний кулак сбрасывает сдерживаемое напряжение и получает возможность самовыражения впервые за многие годы, могут наблюдаться вспышки ничем не сдерживаемой ярости, разговор на повышенных тонах и даже попытки укусить. Очевидно, что это область, в которой многие идти на риск не хотят. Она очень мощна и требует от остеопата стальных нервов; вместе с тем, такой катарсис может помочь избавиться от болей и заболеваний, таящихся там десятилетиями.

Верхний кулак

Метафора сжатого кулака – это сильный образ, используемый для характеристики областей тела, в которых имеются хронические контрактуры, зачастую с эмоциональной основой. Мы рассматривали средний кулак (диафрагму, респираторные мышцы, желудок) и нижний кулак, вполне естественно сконцентрированный на области таза (а также нижней части спины, нижней части живота, бедрах, ногах и стопах).

Верхний кулак – это мышцы, которые идут от груди к задней части головы, где соединяются череп и позвоночник, и расходятся по сторонам, включая в себя мышцы плечевого пояса. Эти мышцы, таким образом, определяют относительные положения головы, шеи, нижней челюсти, плеч и верхней части грудной клетки и, в значительной степени, остальной части тела, которая следует за ними как за лидером (F.M. Alexander был первым, который доказал в 1931 году, что взаимосвязь «голова-шея» является первичным контрольным механизмом поддержания позы).

Этот регион, говорит Лейти, почти со смаком, «является преимущественным центром тревог, напряжений и других аморфных выражений беспокойства».

В состояниях  хронического нарушения функции верхнего кулака, утверждает он, основным физическим ощущением является обуздываемое, сверх-контролируемое, задавленное выражение. Чувство мышц таково, как будто они зажимают «взрыв эмоций».

Противоположно нижнему кулаку, который зажимает все наши чувственные функции, верхний кулак сокращается в ответ на внешний мир (или для того, чтобы сдержать этот ответ).

Причем, что именно сдерживается, по самим мышцам не понять, тут ключом может быть интерпретация состояния лицевых мышц. Гораздо более важным, чем само выражение лица является то выражение, которое пытаются сдержать или подавить. Переживания, препятствующие свободной игре лица, отражаются на мышцах черепа и основания черепа. Это, как полагает автор (Лейти), и есть самое важное при возникновении проблем типа головной боли, особенно мигрени.

Как говорит сам Лейти: «Я никогда не видел страдающего от мигрени человека, который хотя бы на время не потерял возможность выражать свои эмоции лицом».

Эффекты паттернов верхнего кулака.

Механические последствия фиксаций верхнего кулака разнообразны и множественны: от жесткой шеи до компрессионных факторов, ведущих к дегенерации дисков и износу суставный поверхностей. Широко распространенными являются нарушения глотания и речи, а также плечевые дисфункции, включая брахиальные невриты, синдром Рейно и проблемы запястного прохода. Лейти утверждает:

Медицинская значимость контрактур верхнего кулака является преимущественно циркуляторной. Причем, если сокращение нижнего кулака способствует застою циркуляции в ногах, тазе, промежности и нижней части живота, то контрактура верхнего кулака может оказывать даже более глубокое действие. Кровоснабжение головы, лица, мозговой деятельности, слизистой носа, рта, собственно сердце и основные кровеносные сосуды контролируются симпатической нервной системой и ее основные «распределительные коробки» (ганглии) находятся точно перед позвонками в основании шеи.

Таким образом, головные боли, боль в глазах, проблемы с ушами, носом и горлом, а также многие сердечно-сосудистые заболевания могут иметь сильные механические составляющие, связанные с сокращениями мускулатуры верхнего кулака.

Он напоминает, что зачастую сердечно-сосудистые нарушения проявляются одновременно с хроническими мышечными болями в плечах (бессосудистый некроз круговых сухожилий-ротаторов), и что длинные мышцы шеи часто играют в таких состояниях центральную роль.

Он рассматривает нос, рот, губы, язык, зубы, челюсти и горло в качестве доказательств функциональных изменений, связанных с дисфункцией верхнего кулака, причем в основе их лежат довольно простые психосоматические расстройства. Дыхание через нос, сосание кусание, жевание, разгрызание жестких кусков, глотание пищи и воды, сплевывание, слюноотделение, отрыжка, рвота, способность издавать звуки и так далее – все это важные функции, нарушение которых может быть острым или хроническим.

И точно так же, как при дисфункции среднего и нижнего кулака, подход здесь может осуществляться через функцию дыхания:

Когда все компоненты верхнего кулака находятся в состоянии расслабления, акт выдоха создает заметное ритмическое движение. Шея удлиняется, челюсть слегка поднимается (откидывая назад всю голову), лицо как бы разворачивается, верхняя часть груди опускается.

Если пациент находится в состоянии затруднительном положении, я могу постараться стимулировать эти движения мануальной работой на мышцах и мягким ее направлением на облегчение расслабленного выдоха. И еще раз, попросив пациента выпустить чувства наружу, я тем самым стимулирую разрешение конфликта. Зачастую при этом проявляются довольно специфические элементы, в частности, такие, которые я уже описывал по среднему кулаку: позывы к рвоте, вопли, плач и т.д.

В отношении головной боли Лейти делает следующее наблюдение:

Нам часто случается видеть, что головная боль является наиболее общим механизмом избегания или уклонения. Важным является способ, которым генерализованное сосредоточение боли захватывает внимание. Боль затемняет и ограничивает образование понятий и наблюдение. Всегда наблюдается притупление и огрубление ощущений и выразительности. Кажется временами, что пациент использует головную боль, чтобы удержать какое-то нарушение спокойствия в гавани до тех пор, пока он не сможет с ним справиться более ответственно, или пока оно не исчезнет вообще.

При более тяжелых мигренях, с нарушениями зрения или тошнотой, часто оказывается необходимым очень детально работать через чувство отвращения. Сильным компонентом тошноты может быть страх перед отравлением, и обычно он опять же прослеживается в более ранних возрастных расстройствах чувств.

Он также уделяет некоторое время анализу шока и симптомов отмены, испытываемых в первые месяцы жизни как тяжелое столкновение с реальностью. Это приводит, по мнению Лейти, к неумению учиться на полученном опыте, поскольку при воспоминаниях об эмоционально неприятных эпизодах мы передергиваемся от отвращения.

Характеристики симптома отмены определяют многие из его клинических перспектив в будущем. При любой интенсивности их несложно распознать на поверхности:

Тупой безжизненный тонус тканей; безжизненная вялость (или спастическая ригидность) крупных поверхностных мышц; безжизненное фиброзное состояние глубоких остаточных постуральных мышц (возможным исключением являются мышцы головы и шеи); избыточный личностный вклад в слух и зрение.

Более глубокие указатели на симптом отмены будут уже более тонкими:

Ритуализированное выражение любой «эмоции» деперсонализированным и не спонтанным образом; использование языка (в смысле речи), который отрицает центральное присутствие внутренней гармонии, беспечность в отношении опасностей (а возможно, и внешних, и внутренних искушений) и плотная привязка к наиболее распространенным видам безумия, свойственным современной цивилизации. Эти безумия, к тому же, сильно ухудшаются за счет воздействия социальных и семейных мистификаций (вопрос изучался R. D. Laing et al).

Упражнение 11.6

Рекомендованное время выполнения – 10-15 минут.

Обследуйте кого-нибудь с известными симптомами эмоционального стресса и посмотрите, сможете ли вы идентифицировать паттерны описанных выше мышечных изменений: тупую безжизненность, безжизненную вялость, спастическую ригидность, безжизненный жесткий фиброз и так далее; или идентифицировать дыхательные дисфункции, описанные ранее в главе 9.

Наблюдайте также за «ритуализированным выражением эмоций» или «использованием языковых средств, которые отрицают центральное присутствие внутренней гармонии, беспечность в отношении опасностей», отсутствие выражения на лице – которых именно не хватает? – а также за заявлениями пациента о телесных ощущениях, которые кажутся необычными.

 

Вариации на ту же тему.

Лейти рекомендует нам рассматривать эти три «кулака» или области аномального напряжения, контрактуры и ограничения при попытках увидеть и почувствовать физические проявления эмоционального беспорядка. Вариацией точно на такую же тему являются методы, объединенные в группу под названием «соматосинтез». Они прекрасно описаны Фордом (Ford, 1989). Форд считает, что:

Существует тесная взаимосвязь между диагностическим и терапевтическим использованием прикосновения. Когда задействуют прикосновение (пальпацию), то довольно часто диагностические манипуляции переходят в лечебные, причем происходит это без ведома как остеопата, так и пациента. Он продолжает: Моим подходом к терапевтическому прикосновению всегда была простота: получить максимальные результаты минимальным набором методов и процедур.

 

Рис. 11.1 Иллюстрация областей перекрестных ограничений по Форду.

 

С какими областями он работает при столкновении с эмоциональными проблемами?

Я могу начинать с работы над четырьмя главными областями перекрестных ограничений в теле: основании таза (нижний кулак по Лейти), основания грудной клетки (средний кулак), основания шеи или основания черепа (верхний кулак) (Рис. 11.1).

Именно в этих областях, утверждает Форд, привычная вертикальная ориентация мягких тканей меняется – там она горизонтальна:

Обычно горизонтально направленная ткань перекрестно ограничивает вертикальную ткань тела, создавая тем самым помехи нормальным движениям мышц, потоку жидкости и нервной передаче. Практическим результатом этого становится то, что именно эти области превращаются в места, где большинство из нас испытывают и удерживают стресс, напряжение и боль. Они также являются областями, часто связанными с более глубокими психологическими проблемами, не имеющими физических признаков и симптоматики. Простой и прямолинейный подход к работе с такими перекрестными ограничениями – мягкая их компрессия спереди назад (Курсив мой).

Как он пальпирует и лечит эти (и иные) дисфункции?

Хорошо подготовленным специалистам в области пальпации давно известно, что лучшая рука – это легкая рука. Чем легче прикосновение, тем большее количество информации можно получить.

Именно при помощи легкой пальпации, проекции чувства прикосновения и способности воспринимать любую информацию, входящую в руку, он идентифицирует области максимального напряжения и дисфункции.

При проведении пальпации и определении места контакта (лечебного), я принимал в расчет три момента: глубину, направление и продолжительность. Насколько глубоким должно быть мое прикосновение? Должно ли оно быть на уровне энергетического поля, при котором физический контакт отсутствует, на уровне поверхности кожи… или оно должно глубоко проникать в тело (пациента)?

 

Рис. 11.2. Положения руки, которые следует использовать при лечении «перекрестных ограничений» по Форду: (А) тазовое; (б) диафрагмальное; (В) выход из грудной клетки и (Г) основание черепа. Путем «проецирования» своего чувства прикосновения он пальпирует на «определение глубины, направления и продолжительности», определяя порядок лечения дисфункций методами остеопатии.

 

Затем он принимает решение – в каком направлении должен двигаться контакт: точно вниз, вправо, влево, тягой, толчком, равномерным или непрерывным движением, или их сочетанием? И, в конце концов, он позволяет самим тканям решить, насколько продолжительным должно быть приложение силы (рис. 11.2).

Заключительной мыслью Вольфа является следующая: «Помните, что пальпация и лечение – одновременны». Она должна быть одним из ключевых моментов во всей нашей работе. Теперь мы видим, что Лейти и Вольф подходят к решению проблем несколько различными методами, как и Марион Розен, работа которой рассматривается ниже.

Метод Розен

Марион Розен, блестящая физиотерапевт, развила метод Мейланда (Mayland, 1988), который так же направлен на работу с теми же физическими проявлениями эмоциональных сбоев, как и методы Лейти и Форда.

Метод Розен не является механическим процессом. Это – путешествие, в которое пациент и остеопат пускаются вместе в поисках самораскрытия.

Остеопат проводит осмотр спины пациента так, как это описывается в следующих упражнениях.

Упражнение 11.7

Рекомендованное время выполнения – 10-12 минут.

Проведите осмотр пациента (по возможности, того же самого, которого использовали для выполнения упражнения 11.6) с известными симптомами эмоционального стресса и посмотрите, можете ли вы идентифицировать следующее:

Напряжены ли мышцы?

Где дыхание идет свободно?

Где оно удерживается?

Какие заключения делает пациент по поводу собственного тела?

Что должно произойти, чтобы он смог ослабить напряженную область?

В каком направлении зажаты мышцы?

Направлен ли этот зажим вниз, сжимает его, идет ли он вверх или разделяет верхнюю и нижнюю часть туловища, зажимая середину (что эквивалентно среднему кулаку у Лейти)?

Сравните свои наблюдения с результатами, полученными при выполнении упражнения 11.6.

 

кранио-сакральная терапия
краниальные техники

остеопатическая косметология - эстетическое моделирование лица и тела
о-косметология

остеопатические техники мышечных энергий
мышечные техники

биодинамика - жидкостная остеопатия
биодинамика